martinis09 (martinis09) wrote,
martinis09
martinis09

Categories:

Обзор корейской и американской прессы. «Чхонан»: инцидент по типу Тонкинского

Затонувший «Чхонан»: ещё один инцидент по типу Тонкинского

Обзор корейской и американской прессы и заявлений официальнх лиц

 

Стефан Гованс, «Wordpress»: В то время как южнокорейское правительство объявило 20 мая, что у него есть неопровержимые доказательства о том, что один из его военных кораблей был потоплен торпедой, выпущенной северокорейской подводной лодкой, на самом деле между Северной Кореей и потопленным кораблём нет прямой связи. И кажется весьма маловероятным, что Северная Корея имела какое-либо отношение к этому.

 

Вон Си Хун, директор национальной разведки Южной Кореи (доклад южнокорейскому парламентскому комитету в начале апреля): «нет данных о том, что Северная Корея имеет отношение к затонувшему «Чхонан»».

Ким Тхэ Ен, министр обороны Южной Кореи: «команда «Чхонан» не обнаружила торпеду». Он исключил торпедную атаку со стороны Северной Кореи, отметив, что «торпеда была бы обнаружена, но никаких торпед обнаружено не было».

 

Ли Ки Сик, глава Управления морских операций в комитете начальников штабов Южной Кореи: «не было обнаружено ни одного северокорейского военного корабля... (в) водах, где произошла авария» (заметьте - «авария»).

Представители министерства обороны добавили, что «
в момент инцидента не было обнаружено ни одной северокорейской подводной лодки в том районе…мы не обнаружили никакого движения северокорейских подводных лодок поблизости».

После этого министерство обороны созвало ещё одну пресс-конференцию, чтобы повторить, что «
в момент катастрофы не было обнаружено никаких необычных действий со стороны Северной Кореи».

 

Вон Тхэ Чэ, представитель министерства «в отношении этого случая не было установлено ... особой активности северокорейских подводных лодок или полупогружных кораблей. Повторяю ещё раз, что не было никакой активности, которую можно было бы связать с затонувшим «Чхонан»».

Контр-адмирал Ли, глава Управления морских операций: «
мы внимательно следили за передвижениями северокорейских судов, включая подлодок и полупогружных кораблей, в момент затопления «Чхонан». Но военные не обнаружили никаких северокорейских подлодок поблизости от западной морской границы страны».

Пэк Сын Чу, аналитик Корейского Института военных исследований: «
если одна торпеда или плавающая мина может расколоть военный патрульный корабль надвое, нам придётся переписать свою военную доктрину».

 

Сон Ён Му, бывший начальник штаба ВМФ Южной Кореи - «Чхонан» затонул на мелководье с сильным течением, где подводным лодкам практические невозможно действовать – «некоторые обвиняют Северную Корею, но любой человек, знающий район, где произошло кораблекрушение, не стал бы так легко делать подобные заключения».

Ко Йон Чэ, капитан южнокорейской береговой охраны, который спас 56 человек из команды пострадавшего военного корабля: «получил приказ... что патрульный военный корабль сел на мель в районе в 1,2 милях к юго-западу от острова Пэннёндо, и что нам нужно быстро прибыть туда, чтобы спасти их» (сел на риф и впоследсвии раскололся).


Стефан Гованс, «Wordpress». 
Так как же получилось, что заявления южнокорейских военных в первые дни после происшествия о том, что Северная Корея не причастна к затоплению «Чхонан», превратились через полтора месяца, в очевидную северокорейскую агрессию…? Президент Южной Кореи Ли Мён Бак является северофобом, предпочитающим конфронтационный стиль политики в отношении своего соседа политике мирного сосуществования и растущего сотрудничества, за которую выступали его недавние предшественники. Его внешняя политика основывается на стремлении ускорить крах Северной Кореи.

Ответ на этот вопрос связан с шансами на выборах южнокорейской правящей «Партии великой страны» и необходимостью для партии получить поддержку её более жёсткой позиции в отношении Севера. А за кулисами прячутся американские производители вооружений, которым обеспечено получение прибыли, если южнокорейский президент Ли Мён Бак добьётся общественной поддержки для увеличения расходов на гидроакустическую аппаратуру и военные корабли для сдерживания северокорейской угрозы – что станет тем более вероятным благодаря тому, что инцидент с «Чхонан» припишут северокорейской агрессии…(Следует упомянуть, что Северная Корея выступает за мирную политику и сотрудничество, а Южная Корея при её сегодняшнем воинствующем президенте – нет.) Фабрикация дела против Северной Кореи полезна Ли целым рядом способов. Если можно будет убедить избирателей на Юге, что Север действительно является угрозой…Это окажется крайне полезным на грядущих мэрских и губернаторских выборах в июне.


Внешняя политика пезидента Ли основывается на стремлении ускорить крах Северной Кореи. Когда Ли вступил в должность в феврале 2008 года, он дал обратный ход 10-летней политике помощи Северу и отказался реализовывать экономические трансграничные проекты.  Утверждение о том, что причиной затопления «Чхонан» стала неспровоцированная северокорейская торпедная атака, упрощает для Ли получение поддержки для его конфронтационной позиции.

RAND Corporation убеждает Южную Корею приобрести системы обнаружения северокорейских подводных лодок и ещё больше боевых кораблей для перехвата северокорейских военных кораблей.  

 

Будучи явным американским лакеем, Ли будет рад предоставить американским корпорациям жирные контракты для обеспечения южнокорейской армии ещё большим количеством техники. Протестующие называют периметр безопасности вокруг администрации Ли «американским штатом Южная Корея».  


У Соединённых Штатов также есть мотивы для фабрикации обвинений против Северной Кореи. Первый – это оправдание продолжающегося присутствия 65 лет спустя после окончания ВМВ американских войск на территории Японии. Многие японцы сердиты на то, что, по сути, является постоянной оккупацией их страны более чем символическим контингентом американских войск. В Японии находятся 60000 американских солдат, лётчиков и моряков. Вашингтон и японское правительство – которое, если оно не сотрудничает охотно с его собственными оккупантами, вынуждено подчиняться значительному давлению, оказываемому Вашингтоном - обосновывает присутствие американских войск абсолютной софистикой изображения Северной Кореи постоянно действующей угрозой. Утверждение о том, что Северная Корея потопила «Чхонан» во время неспровоцированной атаки, укрепляет аргументы Вашингтона для продолжения оккупации. Неудивительно поэтому, что госсекретарь Хилари Клинтон ухватилась за инцидент с «Чхонан», чтобы подчеркнуть «важность американо-японского союза, и присутствия американских войск на японской территории».

Учитывая политические реалии, неудивительно, что с самого начала члены партии Ли считали причиной потопления «Чхонан» северокорейскую торпеду, точно так же, как члены администрации Буша сразу же обвинили в терактах 11 сентября Саддама Хусейна, а затем стали искать улики для подтверждения своих обвинений в надежде подкрепить доказательствами заранее спланированное вторжение. (Позднее администрация Буша сфабриковала разведывательную информацию о запрещённом оружии в Ираке). В действительности министерство обороны посчитало необходимым ещё раз повторить, что данных о причастности Северной Кореи к инциденту нет потому, что политики из ПВС не переставали предполагать, что виновата Северная Корея. Сам Ли, будучи всегда враждебно настроенным по отношению к своему северному соседу, сказал, что
его «интуиция» подсказала ему, что виновата Северная Корея. Сегодня оппозиционные партии обвиняют Ли в использовании тактики «красной угрозы», чтобы заручиться поддержкой по мере приближения дня выборов 2 июня.  Лидеры четырёх основных оппозиционных партий Южной Кореи, а также ряда гражданских объединений выступили с совместным заявлением, осудив результаты расследования правительства как не заслуживающие доверия. У Сан Хо, представитель Демократической партии Южной Кореи, назвал результаты расследования «неполным доказательством и поставил под сомнение, что Север вообще к этому причастен».

Ли объявил ещё до того, как следствие предоставило свои заключения, что «
будет создана рабочая группа по пересмотру системы национальной безопасности и усилению армии, чтобы подготовиться к угрозам со стороны Северной Кореи». Он даже «подготовил пакет санкций против Севера на случай, если следствие подтвердит то, что подсказала ему его интуиция».  Неудивительно, что гражданские объединения осудили результаты расследования, заявив, что «расследование началось, когда выводы были уже сделаны».

Чон Сон Ки, корреспондент «The Korean Times», поднял ряд вопросов по поводу результатов следствия. Следствие пришло к заключению, что «в атаке участвовали две северокорейских подлодки, одна – 300-тонная класса «Санго», другая – 130-тонная класса «Йоно». Под прикрытием лодки класса «Санго» сверхмалая подводная лодка класса «Йоно» приблизилась к «Чхонан» и выпустила торпеду СНТ-02D, изготовленную в Северной Корее». Однако «подлодки класса «Санго»... не оснащены передовой системой управления самонаводящимися средствами поражения», - сказал газете «The Korea Times» на условиях анонимности эксперт из компании, производящей реактивные снаряды. - «Если в этом участвовала подлодка более малого класса, то тогда возникает ещё больше вопросов».

Контр-адмирал Мун Пчон Ок, представитель официального расследования:
«мы подтверждаем, что две подводные лодки покинули свою базу за два или три дня до атаки и вернулись в свой порт через два-три дня после нападения». Однако ранее «южнокорейское и американское военное руководство подтвердили несколько раз, что не было никаких признаков северокорейского проникновения в» район, в котором затонул «Чхонан».

«Вдобавок к этому группа Муна изменила свою позицию по поводу того, имел ли место столб воды после эффекта газового пузыря» (вызываемого подводным взрывом). «
Ранее следователи говорили, что никто из моряков не видел столб воды. Но во время инструктивного совещания следователи заявили, что один солдат на берегу на острове Пэннёндо был свидетелем «приблизительно 100-метрового столба воды», добавив, что это явление согласуется с ударной волной и эффектом газового пузыря».

Следствие представило гребной винт торпеды, найденный рыболовецкими суднами, который, как сказано в отчёте следствия, «полностью совпадает с конструкцией северокорейской торпеды… однако найденные части торпеды выглядели так, словно они подвергались действию коррозии в течение нескольких месяцев».

 

При этом следователи «заявили, что корейское слово, написанное на гребном винте кусков пропеллера, является точно таким же, что и на северокорейской торпеде, обнаруженной Югом... семь лет назад… но слово было не выгравировано, а написано на нём» (водостойким фломастером – прим.м09).

2 августа 1964 года Соединённые Штаты объявили, что три вьетнамских торпедных катера совершили неспровоцированное нападение на корабль ВМС США эсминец «Мэддокс» в Тонкинском заливе. Инцидент помог президенту США Линдону Джонсону получить поддержку Конгресса, необходимую для эскалации военной интервенции во Вьетнаме. В 1971 году «Нью-Йорк Таймс» сообщила, что в документах Пентагона, секретном докладе Пентагона, обнаружилось, что инцидент был сымитирован, чтобы создать предлог для эскалации военного вмешательства. Никакого нападения не было.

Инцидент с «Чхонан» имеет все признаки ещё одного инцидента по типу Тонкинского. И, как обычно, агрессор обвиняет намеченную жертву в неспровоцированной атаке, чтобы обосновать агрессивный курс под предлогом самообороны.

http://geopolitica.ru/Articles/997/  

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments