?

Log in

No account? Create an account
First they ignore you, then they laugh at you, then they fight you, then you win.< Mohandas Ghandhi
Сначала Вас игнорируют, потом смеются над Вами, потом борются с Вами, а потом Вы побеждаете. М.Ганди
Бардесса «либерального капитализма» 
25th-Jun-2009 03:15 am

Бардесса «либерального капитализма»

Великий американский бред или Who is John Galt?

Крест — это символ пытки.
Я предпочитаю знак доллара —
символ свободной торговли
и свободного разума.

Айн Рэнд

Однажды Библиотека Конгресса США провела обширный социологический опрос, пытаясь определить, какая книга оказывает самое глубокое влияние на американцев. Первое место, разумеется, заняла Библия, а вот второе «великая американская нетленка» «Атлант расправил плечи».

Это «великое произведение» создала «философ и писательница» Айн Рэнд (Ayn Rand), известная в США как «русская американская писательница» - «Russian Writer», - или «Американский Лев Толстой в юбке родом из Санкт-Петербурга». На сайте Рунета, посвященном творчеству и пропаганед ее идей так и сказано: «Атлант расправил плечи» («Atlas Shrugged») — роман нашей великой соотечественницы Эйн Рэнд (Ayn Rand), эмигрировавшей в США в середине 20-х годов».



Ежегодно в мире ее книги издаются тиражом более полумиллиона экземпляров, общие количество достигло 25 миллионов. Свой первый бестселлер (роман «Источник») Рэнд опубликовала в 1943 году. «Атлант» вышел в 1957-м. При этом интерес к книгам Рэнд не угасал, но и усиливался чуть ли не в геометрической прогрессии (пока не грянул кризис и вверх пошли продажи «Капитала» Маркса)…


Однако какими бы впечатляющими ни казались эти цифры, они не в силах передать меру влияния, которое оказывает Рэнд на наших современников. И речь идет не о рядовых читателях, на книгах Рэнд воспитывается уже третье поколение деловой и политической элиты. Достаточно сказать, что среди тех читателей, кто публично признал ее влияние на формирование собственных взглядов, были Милтон Фридман и Рональд Рейган. Алан Гринспен, бывший председатель Федеральной Резервной Системы США (1987-2007гг), один из разработчиков канализации эмиссионных денег в дерривативы и прочие виртуальные производные, считающийся одной из самых влиятельных фигур в США, долгие годы был еще и членом «Коллектива» — кружка Айн Рэнд, ее последовательным учеником и почитателем. Для Хиллари Клинтон Рэнд — «пример для подражания». Да и американские президенты выстраивали свою внешнюю политику в полном соответствии с идеями «гениальной литераторши»… 

 

.Из интервью, которое Айн Рэнд дала журналу «Плейбой» в 1964 году:

«Плейбой»: Вы сказали, что сегодня любая свободная нация имеет моральное право, если не обязательство, напасть на Советскую Россию, Кубу или любой другой «рабский загон для скота». Это так?

Айн Рэнд: Совершенно верно. Тоталитарное государство, нарушающее права своих граждан, находится вне закона и не смеет заявлять о собственных правах…

По оценке «Newsweek», давал определение беспрецедентного влияния Айн Рэнд на общественно-политическое поле страны: «Она — повсюду» (зато сейчас пишет Can Ayn Rand Survive the Economic Crisis?)

Одной Америкой дело не закончилось. 25 апреля 2000 года на презентации русского перевода «Атланта» экономический советник Президента РФ Андрей Илларионов заявил, что Айн Рэнд, «один из крупнейших писателей ХХ века и один из крупнейших философов ХХ века», является его кумиром. На вопрос журналиста: «А вы Владимира Путина познакомили? Или, может быть, он уже знаком с этой книгой?», Илларионов ответил: «Книжка стояла в личной библиотеке Президента Российской Федерации еще до того момента, как я оказался советником Президента». М-да, подборочку книг Борису Николаевичу делали профессионалы с умом… (кстати, интересно, наблюдается ли этот опус в кабинете Дмитрия Анатольевича – спросите его на личном форуме)…


Кроме этого, выясняется, что группа влиятельных почитателей творчества Айн Рэнд до недавнего времени вела активное лоббирование Думы и властных структур на предмет
включения книг «нашей великой соотечественницы» в обязательную программу средней школы, (наряду с Конституцией РФ)…


Местечковый Дао

Вы жметесь к ближнему,
и для этого есть у вас прекрасные слова.
Но я говорю вам: ваша любовь к ближнему
есть ваша дурная любовь к самим себе.

Фридрих Ницше


Айн Рэнд попала в Америку в возрасте 21 года вполне сформировавшейся девой, и разумно предположить, что основополагающие идеи своего творчества она черпала из жизненного опыта, накопленных на номинальной родине. Но в бесчисленных официальных и неофициальных биографиях российская страница Рэнд, излагается в трех фразах: родилась в Петербурге, решительно отвергла революцию, эмигрировала в США.


Зиновий Захарович Розенбаум
, родом из убогого местечкового Брест-Литовска, таки прорвался сквозь черту оседлости, удачно женившись на Анне Борисовне Каплан, уроженке Санкт-Петербурга. Зиновий Захарович надрывался в фармацевтическом бизнесе и в 1912 году стал собственником перспективной аптеки на Знаменской площади в конце Невского.


В этой примечательной семье и появилась на свет 20 января 1905 года будущая величайшая американская писательница Айн Рэнд, по метрике — Алиса Зиновьевна Розенбаум.


Февральскую революцию Алиса встретила с раскрытым сердцем. А вот Октябрьскую, не приняла. Объективные предпосылки для вышеозначенной оценки были: в Феврале довольно абстрактно лишили привилегий царя, а в Октябре вполне конкретно у Зиновия Захаровича отобрали аптеку — как говорится, две большие разницы. После конфискации Розенбаумы подались в бега, стоит ли удивляться, что дискомфорт кочевой жизни оставил неизгладимый отпечаток на политических воззрениях юной Алисы?


Осенью 1918 года Зиновий Захарович понял, что аптеку вернуть не получится, махнул рукой и вывез семью на Украину, потом Розембаумы подались в Крым. Продвинутые биографы Рэнд любят на основании крымского исхода проводить параллель с семьей Набокова, тем более что Алиса училась в Санкт-Петербурге в женской гимназии вместе с Ольгой Набоковой, сестрой писателя. Как пишет Александр Эткинд: «Набоковы сумели, продавая по пути драгоценности, вырваться в Англию, а вполне обнищавшим Розенбаумам пришлось вернуться в Петроград». Гипотеза, мягко говоря, вздорная. Дело даже не в драгоценностях (хорош был бы коммерсант Зиновий Захарович, ежели не приберег про черный день пару-тройку золотых кулонов в пузырьках из-под микстуры!), а в оценке перемен. Для Набоковых власть большевиков была властью абсолютно инородной и чуждой, тогда как у Розенбаумов были все основания воспринимать ее как кровную. Потому-то Набоковы уплыли на корабле, а семья Алисы, благополучно пересидела дискомфорт гражданской войны и вернулась в Питербург (но
выставки, посвященные гражданке Розенбаум, в музее Набокова сейчас проводят) …


Пока Алиса, внутренне негодуя на Советскую власть за отчуждение семейной собственности, безмятежно довершала образование в евпаторийской школе № 4, другая пламенная девушка Розалия Самойловна Землячка-Залкинд отлавливала по всему Крыму недобитых белых офицеров, коих собственноручно и расстреливала в затылок. Рука об руку с интернационалистом Белой Куном и чекистом Фельдманом Землячка ликвидировала около 100 тысяч человек, за что и получила весной 1921 года Орден Красного Знамени. Аккурат в это же время Алиса Розенбаум получила аттестат, и ее репрессированная семья решила: пора ехать назад, в Петроград!


24 августа 1921 года Алиса поступила в Петроградский государственный университет. В том же году она впервые познакомилась с книжками Фридриха Ницше, чье влияние на свое творчество, заметное даже невооруженным взглядом, всегда темпераментно отрицала.


Идеи немецкого философа вызвали в неокрепшей душе Алисы ту болезненную дихотомию, от которой ей так и не удалось избавиться до самой смерти. С одной стороны, юная студентка ПГУ ненавидела большевиков за их «низкое безродное происхождение», преклонение перед тупыми народными массами и презрение к человеческой личности. С другой, она тайно испытывала восхищение перед Ubermenschliche (сверхчеловеческими) замашками революционных героев, особенно рельефно проявившимися в «подвигах» доблестной ВЧК/ГПУ. Все это неизбежно отлилось в некое сексуально-фрейдистское месиво, из которого затем появились на свет творчество Айн Рэнд и лежащая в его фундаменте философская теория объективизма (термин придумала сама писательница). Эти переживания почти буквально легли в основу первого романа Рэнд «Мы, живые» (We The Living, 1936): история любви юной дворянки (!) Киры Аргуновой (надо так понимать, прототип самой Алисы) к Льву Коваленскому, сыну расстрелянного царского адмирала, и Андрею Таганову, следователю ГПУ (!)…


Всю американскую жизнь Айн Рэнд тщательно загоняла в подсознание обратную сторону свою восторженное преклонение перед необузданной брутальностью большевизма. При этом она всячески подчеркивала свое категорическое неприятие большевистского коллективизма и небрежения правами личности. Ну и естественно, ее имя находилось под строжайшим запретом в Советском Союзе. Самая большевистская (по ментальности и манерам) общественная деятельница Америки номинально числилась страшной антикоммунисткой и злейшим врагом Советской власти.


Теперь наиболее интересное: само по себе двойственное восприятие большевизма Алисой Розенбаум явилось общим местом для тех, кто подсознательно ощущал внутреннюю близость к корням революции, однако по той или иной причине был этой революцией отторгнут либо не нашел в ней места. Поразительно другое: форма, в которой состоялось «снятие» этого противоречия в душе будущей бардессы Laissez-Faire Capitalism. Двадцатилетняя выпускница Петроградского государственного университета четко сформулировала для себя главного врага и свято пронесла его образ до конца жизни.

Его атрибуты:

- коллективизм,

- альтруизм,

- мистицизм.


И хотя Айн Рэнд всегда утверждала, что борется с большевизмом, не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы догадаться: речь идет о христианстве. Именно в христианстве наиболее выразительно переплелись идея самопожертвования (=альтруизм), общинность (=коллективизм) и вера в чудесное (=мистицизм). Все, что написала Айн Рэнд в своей жизни, каждая строчка ее художественных книг, политических памфлетов и популяризаторско-философских очерков пропитаны безграничной (поистине большевистской!) ненавистью именно к христианству, а уж затем, подспудно, к коммунизму, тоталитаризму и прочим «измам». Забавно, но об этом же
твердит и другая, более старая нетленка


После окончания факультета социальной педагогики Алиса Розенбаум поступила на сценарные курсы при Институте театра, музыки и кинематографии (ЛГИТМиК, 15 октября 1924 года) и одновременно глубоко задумалась об отъезде. Пишет Александр Эткинд: «В 1926 году она подала документы на выездную визу, и ей повезло. Через Ригу она добралась до Нью-Йорка. Ей двадцать один год. Мать и отец Алисы остались в отказе. Они умрут в Питере во время блокады». Да, вот такая вот трагедия, только ни в каком «отказе» Зиновий Захарович, Анна Борисовна и две младшие сестры Алисы Наталья и Элеонора, конечно же, не остались. Просто Розенбаумы об эмиграции не помышляли: бывший аптекарь, в отличие от своей старшей дочери, не бредил дворянским происхождением и потому искренне полагал, что Советская власть — его родная власть, вполне надежно защищающая его от погромов. Сама же Алиса свои подлинные намерения держала в строжайшем секрете: визу ей дали не для смены ПМЖ, а лишь для краткосрочной поездки с целью навестить родственников по материнской линии — Портных... М-да, конец 80-х – начало 90-х, колбасная эмиграция под видом «политической», «демшиза» усердно строчащая сейчас в русскоячной блогосфере об «ужасах совка» и «кровавой гэбне»…



Страна Великих Возможностей

Взгляните на нашу страну. Это самая благородная страна в истории человечества. Страна величайших достижений, величайшего процветания, величайшей свободы. И эта страна возникла не на бескорыстном служении, не на жертвенности, не на самоотдаче и не на альтруизме. Эта страна возникла на праве человека добиваться счастья. Собственного счастья. Своего, и ничьего другого. Частная, личная, эгоистичная мотивация. А каковы результаты!

Айн Рэнд, о США


Уже поднимаясь на борт океанского лайнера, Алиса знала наверняка: обратного пути не будет. Она никогда не вернется из Америки в царство «красного христианского Хама». Между тем, задача была не из легких: валюты в кармане — с гулькин нос, знание языка — ноль (забавно, что до конца жизни Айн Рэнд говорила по-английски с жутким акцентом), виза всего на полгода, эмигрантская квота США исчерпана на семь лет вперед. Алиса решила: если не удастся зацепиться, она уедет в Мексику или Канаду, где будет терпеливо дожидаться своего часа. Наивный совет Портных — плюнуть на формальности и жить себе спокойно без визы, как поступают остальные, — Алиса отвергла с негодованием и отнюдь не романтическим прагматизмом: «Я не собираюсь жить в Америке нелегально. Когда-нибудь я стану знаменитой, и это сразу же обнаружится».


Первым шагом на пути к завоеванию нового мира стала смена имен. Алиса Розенбаум сгорела в печи как шкурка царевны-лягушки, а на свет явилась божественная Айн Рэнд. Официальная версия гласит, что «Алиса беспокоилась о безопасности оставшихся в СССР родственников»… аж до до середины 60-х… Все так и утаивала настоящее имя от всех своих почитателей, сторонников и даже самых близких друзей, если бы не дорылись дотошные журналисты. Зато псевдоним идеально соответствовал всем литературным персонажам будущей писательницы: они воинственны и благородны, подчеркнуто нордического типа и дворянского происхождения — настоящие валькирии вагнеровского толка. Впрочем, сравнение неудачное, поскольку Айн Рэнд немецких композиторов ненавидела — не только Вагнера, но и Моцарта с Бетховеном. Немецким философам тоже досталось: Иммануила Канта она определяла не иначе, как «первым хиппи в истории человечества». Здесь работа для старика Фрейда…


С февраля по август Айн жила в Чикаго у Портных, азартно хлопоча о продлении визы, после чего отбыла на устройство судьбы в Голливуд. Фабрика Грез сразу же повернулась к невозвращенке правильным местом, при том, что никакая смена имен не могла устранить изъянов внешности Айн: дефицит талии, неевклидность конечностей, отсутствие бюста, невротическая худоба, истероидный характер, наконец, этот невозможный нос… Оставались, правда, глаза, о которых написано столько восторженных воспоминаний! Лев Рокуэлл, президент Института Свободного предпринимательства: «Это были глаза рептилии, способной убить своим взглядом». Барбара Бранден, соратница и биограф писательницы: «Темные глаза казались слишком большими для ее лица. Прикрытые темными ресницами, они излучали нечеловеческое напряжение мысли. Это были глаза существа, сотканного из могущества ясновидения».


Вот эти глаза и запали в душу знаменитому режиссеру Сесилю ДеМиллю, который уже на второй день (!) после приезда Айн в Голливуд, заприметил девушку у ворот собственной студии. Сесиль пригласил Айн в автомобиль, отвез на съемочную площадку и через час предложил работу сначала статистки, а затем сотрудницы сценарного отдела.

Еще через три дня глаза Айн Рэнд прожгли сердце актера Фрэнка О’Коннора, за которого она через три года вышла замуж. 13 марта 1931 года она получила американский паспорт и натурализовалась.


В 1927 году студия ДеМилля закрылась, и Айн пришлось перебиваться на должностях официантки, продавщицы газетных подписок, а затем костюмерши на студии RKO Radio Pictures. Следующие шесть лет энергичного вращения в киношной обойме ушли на то, чтобы протолкнуть собственный сценарий. В 1932 году студия «
Universal» купила «Красную пешку» (Red Pawn) за полторы тысячи долларов. Сценарий никогда не был запущен в производство, зато гонорара хватило на то, чтобы целиком посвятить себя профессиональной карьере литератора. Разгуляться, правда, не получалось: с приходом Великой Депрессии карьера Фрэнка быстро сошла на нет, никогда больше не возродившись. До самой смерти в 1979 году он оставался в тени своей великой супруги, довольствуясь ролью управляющего семейным ранчо в Калифорнии и садовника-флориста.


В 1936 году Айн Рэнд написала первый роман — «Мы, живые». Ей опять повезло: книжку опубликовало видное издательство «Macmillan». Но история любви русской дворянки Киры «почему-то» не нашла отклика в сердцах американского обывателя. Зато в 1942 году в разгар Второй мировой войны, роман «Мы, живые» экранизировали в фашистской Италии. Вышли сразу два фильма римской студии «Скалара» — «Мы, живые» и «Прощай, Кира».

Свое следующее произведение — антиутопическую повесть «Гимн» (1938) со следами глубокого влияния Замятина и Хаксли Айн Рэнд решила издать в Англии. Увы, перемена места на результате не отразилась: творчество начинающей графоманки не задело струн и в сердцах жителей Альбиона.


Гениальность Айн Рэнд проявилась в выводах, которые она сделала из первых неудач: дело не в идеях, а форме! Ее новым соотечественникам было совершенно наплевать на события в чужой и непонятной России, другое дело — сюжет американский. А мысли можно оставить без изменения. Именно такой правильной книгой и стал роман «Источник» (1943), принесший Рэнд безграничную славу.


Путь к звездам был тернист - «Источник» отклонили один за другим 12 издательств. Впечатляет не столько единодушие книжных бизнесменов, сколько нечеловеческое упорство автора: это каким нужно обладать характером, чтобы 12 раз подряд проглотить обиду, утереться и постучать в следующую дверь?


Тринадцатое издательство, «Bobbs-Merrill», уже готово было присоединиться к 12 предыдущим и отправить «Источник» в мусорную корзину, однако тут лег костьми Арчи Огден, молодой редактор: «Если это не та книга, что вам нужна, я не тот редактор, что вам нужен!» Пафос самопожертвования был столь романтичен, что директор усомнился в собственном литературном вкусе. Книга вышла, и литературные критики тут же подвергли роман испепеляющему разносу. Зато рядовые читатели вознесли «Источник» до небес. Тираж по тем временам был просто немыслимым: 100 тысяч экземпляров. Уже в конце 1943 года Голливуд за 50 тысяч долларов выкупил права на экранизацию. Пенсионный взнос Айн Ренд был сделан.

Удивительная закономерность: при жизни Айн Рэнд не было написано ни одной положительной рецензии на ее книги! Однако чем сильнее звучали обвинения в графомании, дилетантстве, невежестве и плагиате, тем лучше раскупались ее произведения.


После успеха «Источника» Айн Рэнд взялась за написание главного труда своей жизни — романа «Атлант расправил плечи». На создание нетленки было потрачено 12 лет и 3 миллиона 106 тысяч 261 знака. Роман был опубликован 10 октября
1957 года и с тех пор прочно вошел в «сокровищницу американской культуры».


Вопреки уничижительным рецензиям и неподъемному объему (1 168 страниц, набранных мелким шрифтом) читатели взахлеб упивались персонажами, сюжетом и, самое главное, «объективизмом» — самостийной философией писательницы. Повсеместно возникали кружки пламенных поклонников и пропагандистов идей Рэнд. Активисты «ближнего круга» (того самого «Коллектива») — Натаниэль и Барбара Бранден — учредили специальный институт (Nathaniel Branden Institute), спонсирующий от океана до океана курсы и лекции по объективизму. В конце 50-х в «Коллектив» попал и будущий финансовый гений Америки Алан Гринспен (он был женат на школьной подружке Барбары Бранден).

Потихоньку фигура Айн Рэнд стала подвергаться мифологизации и обретать культовые формы, что, впрочем, только способствовало росту ее популярности.


Нетленка расправила плечи

«Подняв знак доллара как свой символ, символ свободной торговли и свободных умов, мы начинаем свое движение, чтобы вырвать свою отчизну из рук немощных дикарей, которым так и остались неведомы ее природа, смысл и великолепие».

Айн Рэнд, «Атлант расправил плечи».


Сам роман «Атлант расправил плечи» превышает по объему «Войну и мир» ровно в полтора раза. Первую тысячу страниц различные персонажи в различных обстоятельствах постоянно спрашивают друг друга: «Кто такой Джон Голт?» И недоуменно пожимают плечами. За пятьдесят страниц до окончания Джон Голт все-таки материализуется и тут же становится главным героем. Что касается сюжета, то он напоминает развитие производственной темы в книжках социалистического реализма. Со знаком минус.


продолжение в http://martinis09.livejournal.com/125313.html#cutid1

Comments 
3rd-Sep-2009 02:44 pm (UTC)
А я вот никогда не слышал про эту книжку.... ни разу в жизни
23rd-Aug-2010 10:30 am (UTC)
Атлант расправил плечи - одна из лучших книг по версии The New York Times. Написанная в далеких 50-х актуальна и сейчас. В общем читайте – не пожалеете.
http://www.rekomenda.ru/shop/all/atlas_shrugged/ – здесь кто желает, может более детально познакомиться с автором и книгой!
28th-Aug-2010 05:48 am (UTC)
реклама "сокровищницы американской культуры"?
This page was loaded Jul 23rd 2019, 12:52 am GMT.